Современный русский язык насчитывает около 12500 слов с «ё». Из них около 150 на «ё» начинаются и около 300 на «ё» заканчиваются. На каждую тысячу знаков текста приходится, в среднем, по десять «ёшек» (то есть частота употребления буквы – примерно 1% от текста). В русских фамилиях «ё» встречается примерно в двух случаях из ста. А еще мало кто хоть раз задумался о том, что в «Трех мушкетерах» Дюма кардинал не Ришелье, а Ришельё, знаменитый актер Депардьё, а не Депардье, наш родной известнейший поэт Фёт (фамилия немецкого происхождения), а не Фет, а сочетание Лёв Толстой вовсе звучит странно, хотя великий писатель очень бы оскорбился...
Удивительно, что все 240 лет русский язык и его носители никак не могут определиться, нужна буква «ё» или нет. Она же вопреки всему продолжает жить в русском алфавите, вызывать жаркие лингвистические споры и даже вдохновлять творческих людей на интересные проекты: в Ульяновске в 2005 году открыт памятник этой букве.
История появления буквы «ё» связана с именем знаменитой Екатерина Романовны Дашковой. 29 ноября 1783 года состоялось заседание Петербургской академии наук, где на обсуждение был вынесен «Словарь Академии Российской». На заседании среди прочих присутствовали Гавриил Державин и Денис Фонвизин, уже известные на тот момент мастера слова. Всем собравшимся директор Академии, Екатерина Романовна, задала вопрос о том, как они видят написание слова «ёлка».
В XIII – XIV веках в русском языке происходили изменения звукового состава слов. Звук [э] превращался в [о], если дальше в слове не было мягкого согласного звука. Происходило это, если звук оказывался под ударением (вот почему на букву «ё» в современном языке, за исключением некоторых диалектных слов, всегда падает ударение). Отсюда появились сложности в графическом отображении такого звука. Общепринятое сочетание «io» для этого случая казалось не вполне естественным. Княгиня предложила заменить неудобное сочетание одной буквой, которая заимствовала образ «е», но дополнялась точками (подобно точкам умляут в немецком языке). В отличие от иностранных правил чтения русское «ё» – это самостоятельная буква, а не «е» с дополнительным значком, приближенная по звучанию к «о».
Новаторскую идею поддержал Г.Р. Державин, начав использовать новоиспеченную букву в переписке.
В печатном издании впервые эта буква появилась в 1795 году, благодаря поэту и баснописцу Ивану Дмитриеву, который использовал ее в сборнике «И мои безделки» (первое печатное слово с новым символом – «всё»).
И вот уже после этих имен в судьбе буквы «ё» появился Н.М. Карамзин. При подготовке в печать одного из своих стихотворений две буквы в слове «слiозы» он заменил на одну. С подачи известного историографа читающая публика вскоре смогла увидеть новое написание слов «зарёю», «орёлъ», «мотылёкъ», «слёзы». Издание, где встретилось столько букв «ё» сразу, вышло большим тиражом, поэтому некоторые справочные издания ошибочно указывают Карамзина как автора буквы «ё».
Интересно, что в своей «Истории государства Российского», которая вышла в 1816 – 1817 годах, Николай Михайлович «ё» не употреблял. Возможно это было связано с расхожим мнением о том, что «ёкать» могли только люди малообразованные, а может быть, в связи с тем, что набор литеры с точками вызывал сложности в типографиях.
В 40-х годах XIX века можно было увидеть, что одни печатные издания использовали букву «ё», а другие нет. Приведем в качестве примера первые публикации стихов М.Ю. Лермонтова.
Журнал «Отечественные записки»
Санкт-Петербург. 1841 год
Из фондовой коллекции музея-заповедника «Тарханы»
Попробуем прочесть стихотворение М.Ю. Лермонтова «Парус», появившееся в 18 томе «Отечественных записок» за 1841 год. В печатном тексте буквы «ё» нет, но она явно подразумевается в слове «далекий», которое поэт рифмует со словом «одинокий».
Журнал «Русская беседа»
Санкт-Петербург. 1841 год
Из фондовой коллекции музея-заповедника «Тарханы»
А вот во 2 томе журнала «Русская беседа» за 1841 год в стихотворении поэта, посвященном Е. Ростопчиной, буква «ё» налицо: она пропечатана в словах «утёс» и «заёмный».
Официальное место в русском алфавите сегодняшняя именинница получила в 60-х годах XIX века. В первом издании «Толкового словаря живого великорусского языка» В.И. Даля она впервые следует за буквой «е».
Официальный статус букве «ё» старались придать уже в XX веке: А. Луначарский в 1917 году обозначил ее как «желательную, но не обязательную к употреблению», а вот В. Сталин в 1942 году придал ей значимость почти мгновенно: обратив внимание на неточности, которые появлялись при игнорировании буквы «ё» при написании некоторых имен собственных и наименований, он приказал сделать написание буквы обязательным. Уже 7 декабря 1942 года в печать вышла газета «Правда», где буква «ё» стояла во всех нужных местах, а 12 декабря Наркомпрос выпустил приказ об обязательном употреблении «ё» в школьных учебниках. В последующие лет десять за отсутствие точек в школьном сочинении даже снижали отметку, считая это ошибкой. Любопытно, что приказ этот отменен не был, однако судьба буквы так и осталась неопределенной.
Современный русский язык признаёт (вот и это слово без буквы «ё» можно прочесть двояко), что необязательность употребления «ё» приводит к искажению смысла того или иного слова вне контекста, но позволяет ее использовать выборочно, по необходимости. Правда, закрепляет особые случаи обязательности написания «ё»:
1. Когда необходимо предупредить неверное чтение и понимание слова, например: узнаём в отличие от узна́ем; всё в отличие от все́; вёдро в отличие от ведро́; совершённый (причастие) в отличие от соверше́нный (прилагательное).
2. Когда надо указать произношение малоизвестного слова, например: река Олёкма.
3. В специальных текстах: букварях, школьных учебниках русского языка, учебниках орфоэпии и т. п., а также в словарях для указания места ударения и правильного произношения.
Споры о букве «ё» начались с момента ее возникновения. Не допускать «ёканье» в русскую речь призывал знаменитый поэт и литературный критик Александр Сумароков. Поддержал его поэт и филолог Василий Тредиаковский. Интересно, что противником обязательности употребления буквы «ё» был и председатель орфографической комиссии Академии наук академик В. В. Виноградов, который говорил: «Мы не знаем, как поэты прошлого слышали свои стихи, имели ли они в виду формы с "ё" или с "е"». А в пример приводил пушкинскую «Полтаву»:
Тесним мы шведов рать за ратью;
Темнеет слава их знамен,
И бога брани благодатью
Наш каждый шаг запечатлен.
Что имел в виду поэт: знамен и запечатлен, или знамён и запечатлён? Ответить сложно.
Сторонники употребления буквы «ё» XXI века называют себя «ёфикаторами» (это же название используется для компьютерных программ, которые меняют «е» на «ё» в текстах). Среди них есть даже люди, полагающие эту букву едва ли не национальной гордостью. Поклонники обязательного употребления «ё» справедливо указывают, что это поможет очистить язык от ошибок, связанных с неправильным ударением. Например, в словах «свекла», «негашеная известь» (правильно: «свёкла», «негашёная известь»). И таких примеров очень много, не говоря уж о фамилиях, двоякое написании которых приводит к проблемам юридического характера, что в неразрешимых ситуациях заставляет обращаться за справкой в Институт языкознания РАН.
Известен факт, что А.И. Солженицын при публикации своих сочинений поставил издателям условие о непременном и повсеместном употреблении в них «ё». В своей работе «Некоторые грамматические соображения» нобелевский лауреат писал (сохранено авторское написание букв):
Не признавать «ё» – значит содействовать расхождению написания и произношения. Уже в ближайшем поколении начнётся (а у иностранцев и сегодня происходит) двоение в произношении многих слов, вплоть до «еще́»; «ё» будет теряться всё глубже, станет изменяться звуковая картина нашего языка, произойдёт фонетическое перерождение многих слов.
Вот такая парадоксальная, но очень любопытная буква «ё», которая не сдается никаким трудностям и, имея довольно преклонный возраст, не теряет огромного количества своих поклонников.