Первое знакомство с произведениями М.Ю. Лермонтова (поэта не стало, когда Льву Николаевичу было 13 лет) у Л.Н. Толстого произошло еще в юности. Это были прочитанные им «Хаджи Абрек», «Измаил-Бей», «Герой нашего времени», роман, оказавшийся в списке книг, произведших на него особенное впечатление. Эти эмоции зафиксированы в дневнике Льва Николаевича: «Лермонтов. Герой нашего времени. Тамань. – оч. большое». «Бэла» и «Тамань» – два рассказа из напечатанных М.Ю. Лермонтовым до выхода романа в целом. О «Тамани» писатель через десятилетия, в 1909 году, отметит: «В повести нет ни одного лишнего слова. Ничего, ни одной запятой нельзя ни убавить, ни прибавить. Так еще писал только Пушкин».
С «восторгом» и «наслаждением» читал Л.Н. Толстой в юности и «Кавказские сочинения Лермонтова», что найдет отражение в его «Записках о Кавказе» (1852 год).
Толстой Лев Николаевич
Неизвестный автор. 1913 год
Из собрания музея-заповедника «Тарханы»
Были у Льва Николаевича и любимые стихи поэта. О написанном в «Тарханах» зимой 1836 года стихотворении «Умирающий гладиатор» в дневнике Л.Н. Толстого 8 июля 1854 года отмечено: «Открыл я нынче еще поэтическую вещь в Лермонтове... «Умирающий гладиатор». Эта предсмертная мечта о доме удивительно хороша». Автор дневника читал это стихотворение скорее всего без двух последних строф, в том виде, в каком оно было опубликовано в 1842 году в «Отечественных записках» (полный текст появится в печати лишь в 1884 году). Л.Н. Толстой отмечал стихи «Пророк», «Когда волнуется желтеющая нива», «Парус», «Три пальмы». Широко известно и выражение писателя о том, что стихотворение «Бородино» – «зерно» романа «Война и мир».
Особенно дорого ищущему нравственные истоки жизни писателю было «искание истины» М.Ю. Лермонтовым. В письме к Л.Е. Оболенскому 14 апреля 1889 года Толстой писал о статье О.П. Герасимова «Очерк внутренней жизни Лермонтова по его произведениям» и рекомендовал ее для журнала «Русское богатство» как «весьма замечательную», отмечая: «Он показывает в Лермонтове самые высокие нравственные требования, лежащие под скрывающим их напущенным байронизмом. Статья очень хорошая».
Прочитав драму «Маскарад», великий писатель отметит, что «начинает понимать драму вообще».
Анализируя историю русской литературы, Л.Н. Толстой в числе трех «одинаково больших поэтов» рядом с А.С. Пушкиным и Ф.И. Тютчевым называет имя М.Ю. Лермонтова. А оценивая творчество современных ему поэтов серебряного века, готов его признать, если они «докажут, что умеют писать не хуже Лермонтова».
Во многом сближали двух литераторов оценка явлений жизни, отношение к различным сторонам действительности, взгляд на человека и многое другое. Например, отношение к труду. 23 июля 1853 года в дневнике Л.Н. Толстой запишет: «Труд, труд! Как я чувствую себя счастливым, когда тружусь». Нельзя не вспомнить при этом и знаменитые строки М.Ю. Лермонтова из стихотворения «1831-го, июня 11 дня»:
Мне нужно действовать, я каждый день
Бессмертным сделать бы желал...
Гибель Лермонтова остро воспринималась Л.Н. Толстым даже спустя сорок с лишним лет после смерти поэта. «Вот кого жаль, что рано так умер! Какие силы были у этого человека! Что бы сделать он мог! Он начал сразу, как власть имеющий. У него нет шуточек... шуточки не трудно писать, но каждое слово его было словом человека, власть имеющего», – отметил он в 1883 году.
Л.Н. Толстой, став писателем с мировой известностью, продолжил лучшие традиции русской литературы, заняв одно из почетных мест на литературном небосклоне. А одним из истоков его писательского мировоззрения стало творчество М.Ю. Лермонтова.